Сказочные волки и медведи.

В далекую эпоху, когда основным занятием славян была охота, они верили, что дикие животные – их прародители. Славяне считали их могущественными божествами и возводили в ранг тотемов – животных, которым поклонялось все племя. Несколько племен своим предком считали волка и почитали его как божество. Имя этого зверя было священным, его запрещалось произносить вслух, поэтому вместо «волк» говорили «лютый», а себя называли «лютичи». Во время зимнего солнцестояния мужчины этих племен надевали волчьи шкуры, что символизировало обращение в волков. Так они обращались к звериным предкам, у которых просили силы и мудрости. Волк считался защитником племени, пожирателем злых духов.

Самый известный сказочный волк-защитник – это, конечно, серый хищник из сказки «Иван-царевич и серый волк». Первую встречу главных героев сказки нельзя назвать радостной - волк съедает коня Ивана царевича. Но после он жалеет о своем поступке и предлагает царевичу помощь. На все время сказочных приключений волк становится для Ивана и конем, и колдуном, и советчиком. Сказочный хищник добывает для героя даже больше, чем тот рассчитывал получить. Кроме Жар-птицы, за которой царевич отправился в путь, он обретает красавицу жену и златогривого коня. Как только Иван и волк прощаются, царевич лишается могущественного покровителя. Его убивают родные братья и забирают царевну, коня и Жар-птицу. Но волк случайно находит Ивана, оживляет его при помощи мертвой и живой воды и восстанавливает справедливость.

Помогает герою из сказки «Царь царевич и Белый Полянин» кривая волчица. Она единственная указывает царевичу место, где остановился его враг Полянин со своим войском. Так же сказочный волк может помогать Ивану царевичу раздобыть иглу, в которой спрятана смерть Кощея.

Хозяином языческого леса был медведь – самый сильный зверь. Он считался защитником от всякого зла и покровителем плодородия – именно с весенним пробуждением медведя древние славяне связывали наступление весны. Даже бог плодородия Велес в древней мифологии имеет облик медведя. Культ Велеса у славян сильно менялся на протяжении времени. Велес, имеющий облик медведя, являющегося прародителем диких животных, на которых ведется охота, с переходом к скотоводству превращается в покровителя домашних животных, «скотьего бога». Почитание же медведя становится самостоятельным культом.

Миф о медведе – хозяине леса и могущественном божестве – сохранился в русских сказках, где героиня попадает к нему в дом в густой чаще леса, становится его женой, а их сын Медвежье Ушко превращается в могучего богатыря, победителя чудовищ.

Более «детский» вариант сюжета о девушке, попавшей к медведю – это сказка «Машенька и медведь». Героиня, заблудившись в лесу, случайно попадает в дом медведя, и хозяин леса не хочет ее отпускать. Однако Машенька сбегает от косолапого, спрятавшись в коробе с пирожками. И медведь сам же доносит девочку до дома.

Хозяева леса и божества – медведи из сказок «Дочь и падчерица» и «Три медведя». В последнем предании девочка случайно попадает в дом животных-божеств и нарушает там целый ряд запретов. Она ест еду богов, сидит на их местах и спит на их кроватях. За это вернувшиеся медведи едва не убивают героиню, но ей удается спастись. Меньше повезло злой дочери из первой сказки. Она тоже попадает в дом звериного божества, но ведет там себя грубо с возможной спасительницей – мышкой. Поэтому лишается ее помощи, когда медведь возвращается домой, и погибает. Однако падчерица из этой же сказки делится с мышкой едой. Взамен мышь помогает ей играть с медведем в жмурки, забрав у героини колокольчик. Проигравший хозяин леса честно исполняет свое обещание – отпускает девушку и щедро одаривает ее подарками.

Но медведи и волки были не только покровителями и защитниками, но и врагами домашнего скота, да и самого человека. Чтобы хоть как-то компенсировать урон от набегов хищников на скот и на ульи, люди зачастую изображали сказочных хищников глупыми и жестокими («Волк и лиса», «Волк и семеро козлят», «Мужик, медведь и лиса», «Медведь» и т.п.).

Однако страх перед медведями и волками столь же силен, как и восхищение ими.